Версия для печати

Президент не имеет права жаловаться

26 февраля, в день, когда земля в Красноярске вновь содрогнулась, город посетил бизнесмен и один из кандидатов в президенты России Михаил Прохоров. Некоторые даже успели связать между собой эти события. Для начала кандидат встретился с журналистами на пресс-конференции. Длилась встреча чуть менее получаса, и за это время красноярская пресса спросила у Прохорова о его будущей политической партии, пропаже миллиарда рублей из пенсионного фонда «Норильского никеля», дружбе с губернатором Львом Кузнецовым и ё-мобиле. Приводим почти полную стенограмму беседы Михаила Прохорова с журналистами.

— Вы недавно объявили о создании новой политической партии. Как она будет называться и чем будет отличаться от других партий?

— Она будет отличаться от всех партий тем, что мы будем создавать ее снизу, а не сверху. И программу партии, и название будут придумывать наши граждане. Потому что сейчас идет просто новая революция в части создания гражданского общества, с задействованием самых современных средств массовой информации. Я имею в виду интернет, социальные сети — там, где идет настоящая гражданская активность. Вот именно использование этих новшеств позволяет создать партию, которая будет идти от тех проблем, которые есть у наших граждан. Поэтому не надо ничего придумывать. Надо задействовать весь потенциал нашего очень талантливого народа.
У меня есть один практический пример — это наше создание ё-мобиля, когда более 20 инновационных решений к нам пришли как раз от наших граждан. Мы разместили в интернете техзадание, получили блестящие решения и немедленно их инсталлировали в нашу машину. Вот по такому принципу будет происходить формирование гражданского общества. То есть надо идти от потребности людей, так мы будем делать.

— Михаил Дмитриевич, вот вы станете президентом — на какие кадры вы будете опираться в правительстве, в своем аппарате и так далее?

— Все сейчас ждут каких-то имен, от которых все ахнут. Мне кажется, сейчас самая главная задача — это привести людей сформировавшихся, успешных, которые хотят прийти работать в правительство, на другие государственные должности не для того, чтобы набивать карман, а для того, чтобы работать на страну. В процессе моей бизнес-деятельности я работал, наверное, с несколькими сотнями талантливых менеджеров. Многие мне сейчас звонят и говорят, что готовы работать на страну. Потому что они прекрасно понимают, что если мы не разовьем нашу страну, не сделаем ее конкурентной, их бизнес и будущее их детей будут под большим вопросом. Поэтому у меня вообще нет проблем с кадрами, это не та проблема. И приводить надо новые лица. У других было уже 12 лет, чтобы показать нам, что они могут. Мне кажется, пришло время новых людей.

— Перед вашим приездом прошла такая информация, что власти препятствуют вам в организации встречи в БКЗ. Не испортили ли вы отношения со своим другом Львом Кузнецовым?

— Ну, мне кажется, нужно вообще отделять дружеские отношения от рабочих. Я думаю, что ни в одном регионе я не испытывал такого сильного давления, как в Красноярском крае. И в некоем смысле мне действительно не давали зал, и я благодарен тем людям, которые не испугались давления администрации и предоставили мне помещение. Президент не имеет права жаловаться — я привык к трудностям, я люблю их преодолевать. Я думаю, когда закончатся выборы, я смогу объяснить моим хорошим знакомым в администрации, что через запрет своей карьеры не сделаешь.

— А кто у вас главный друг в администрации президента?

— У меня там много знакомых, которые тоже сейчас находятся в процессе формирования. Дело в том, что в России очень интересная политическая система. Она идет не через здоровый конфликт политических партий. Я считаю, что партии, представленные в Думе, — это все филиалы Кремля, которые занимают определенные нишевые позиции. А конфликт идет между людьми внутри всего: и партий, и администрации президента, и правительства. И что происходит? Одни за развитие, за легализацию конкуренции, другие – за стабилизацию, как я называю, стабилизацию бешенства и стабилизацию отставания. Это происходит буквально на всех уровнях. Есть люди, которые меня поддерживают, у нас совпадают во многом взгляды. Но имена их лучше пока не называть, чтобы не портить им карьеру. В свое время вы обязательно их узнаете.

— Михаил Дмитриевич, в вашей программе мы прочитали про европейское развитие вашей внешней политики. Можете подсказать, как мы будем работать с Востоком — с Китаем и Индией?

— Я исхожу из того, что наша страна — это часть европейской культуры и основой нашей культуры является русская классическая литература. В нынешнем мире формируется три мировых центра, и сейчас страны только начинают обсуждать, каков будет будущий мировой порядок. Для нашей команды очевидно, что один центр будет в Америке и Латинской Америке, второй центр — это Китай, Индия, и третий центр — это Европа с Россией. Мое глубокое убеждение в том, что Россия и Европа не смогут по отдельности конкурировать с этими новыми мировыми образованиями. Это является как бы основным вектором внешней политики — создание единого пространства от Лиссабона до Владивостока, как говорил генерал Де Голль.
С точки зрения Китая. Китай является ведущей страной развивающегося мира, который очень быстро развивается. В 1999 году Китай изменил свою многовековую концепцию и пошел вовне. То есть сейчас государство стимулирует активное развитие отношений с другими странами через создание китайских диаспор на их территориях. Что творится на наших южных границах, вы знаете. И вы знаете также, что если китаец женился на гражданке России, правительство платит ему деньги. Происходит заселение наших территорий. Поэтому для нас Китай — это, конечно же, партнер, но и очень жесткий конкурент.
Нам необходимо, чтобы защититься, создать несколько мощных промышленных кластеров на территории с Китаем и поставить такой экономический заслон проникновения китайского населения в Россию. Сейчас это кажется не опасным, но через 15-20 лет, если мы не будем свою страну развивать, не будем осваивать, не будем беречь, если у нас не будет наших русских Клондайков, мы ее просто потеряем. Сейчас не будет войны с использованием танков, самолетов или ракет. На великую страну с ядерным оружием никто нападать не будет. Война идет сейчас за человека, за интеллект, на какие экономики он будет работать. Такие правила нового мира.

— Я как ваше доверенное лицо (вопрос задает Сергей Ким, доверенное лицо Прохорова в Красноярске – «Пресс-Лайн») говорю красноярцам, что у них есть редкий случай проголосовать за кандидата в президенты красноярца. Но каждый раз, когда я это говорю, я все-таки понимаю, что появляетесь вы у нас мало, что формально ваша регистрация в Еруде вызывает определенные вопросы. Скажите, вы считаете себя красноярцем? У вас есть особое отношение к краю?

— Несомненно. Я вообще считаю, что Красноярский край — это моя вторая родина. Тем, что мне дал Красноярский край, он помог мне окончательно сформироваться. Я работал в «Норильском никеле». В это время мы с Александром Хлопониным формировали стратегию развития края, каждый на своем участке. Если вы помните, я построил «Бобровый лог». Здесь работает мой Фонд, который стал визитной карточкой, мне кажется, всего Красноярского края. Наш КрЯКК — тоже визитная карточка Красноярска как культурной столицы. Поэтому я несомненно считаю себя частью Красноярского края и голосовать я буду здесь. Где точно, пока не скажу, чтобы вам было веселее. Увидимся буквально 4 марта.

— Вы говорите, что очень поддерживаете Красноярский край. Но, тем не менее, красноярский спорт вы не очень поддерживаете, больше денег вкладываете в иностранные клубы.
— Это не совсем так, давайте разберемся. Я поддерживаю российский биатлон. В том числе Павел Ростовцев имеет возможность через два-три года стать лучшим тренером мира, я полагаю. У нас сделана в биатлоне программа развития до 2020 года, я туда вкладываю свои личные средства, и результаты уже пошли.
Теперь по поводу покупки американских клубов. Мы критично отстали в баскетболе. А как догонять? Догнать можно только следующим образом — получить доступ к технологиям там, где они есть. Я был первым иностранцем, получившим доступ к самым высоким технологиям. И сейчас я поддерживаю российский студенческий баскетбол, и мы технологии НБА начинаем передавать студентам. Приезжают регулярно тренеры, специальные профессионалы по баскетбольным методикам, обучают наших детей и специалистов. И летом наши тренеры, ведущие спортсмены-студенты поедут в лагеря НБА.

— Скажите, пожалуйста, вы столкнулись лично с какими-то проблемами в вашем бизнесе, которые вас убедили, что нужно что-то менять в стране?
— Нет, я как раз пришел к пониманию того, что нужно что-то менять в стране, от хорошей жизни. Мне кажется, это гораздо более важно — что у меня все замечательно развивалось в бизнесе, не было никаких проблем, но я хорошо понимаю, что если не поменять систему и не сделать ее конкурентоспособной по отношению к другим странам, дальше нельзя развивать не только бизнес, но и страна потеряет ту позицию, которую она имеет сейчас. Именно поэтому у меня было совершенно осознанное решение заняться политикой.

— А вот строительство завода ё-мобиля в Красноярске — оно экономически не оправдано?
— Этот вопрос даже больше не ко мне, потому что я считаю, что если какой-то регион заинтересован, должны созреть условия, что и власть, в первую очередь, и местный бизнес захотели развивать это проект. Но пока такой инициативы от красноярцев я не получил. Я получил сигнал из Владивостока, что есть желание. И мы рассматриваем следующий этап проекта во Владивостоке. В чем уникальность ё-мобиля? В том, что не надо строить гигантские заводы, можно построить небольшие заводы, которые соответствуют ровно объему рынка продаж. В связи с тем, что ё-мобиль — это 400 инновационных блоков, его можно собрать практически в гараже. И возникает уникальная технология, что фактически автосервис, магазин и завод по сборке — это один и тот же проект. Поэтому если бизнес Красноярского края заинтересован, мы готовы с удовольствием рассмотреть и сделать что-либо совместное. Вот, например, два дня назад ё-мобиль занял в гонках нижегородских второе место. То есть мы развиваем и автоспорт. Я считаю, что ё-мобиль может быть одной из национальных идей — что мы можем создать автомобиль лучше, чем японский, американский или немецкий.

— В начале этой недели вы говорили, что возникали проблемы с вашими биллбордами в ряде городов: в Саратове, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде. Разрешилась ли эта ситуация, вернули ли биллборды?

— Да, биллборды возвращаются, ситуация разрешилась. Это и есть политический ресурс, который помогает решать сложные вопросы.

— На днях в Красноярске распространили газету, в которой пишут, что во время управления вами пенсионным фондом «Норильский никель» из него исчез миллиард рублей. Можете как-то прокомментировать это неприятное совпадение?

— Совпадение это понятное. Прошло больше пяти лет, никаких проблем не было, и вот когда я решил выставляться и биться за пост президента, сразу пошли обвинения. Ну, это, честно говоря, несерьезно, потому что сменилось уже три директора, было огромное количество аудита. Да и тот период, который мне пытаются предъявить, я посмотрел, я в то время уже не работал. Это конец 2007 года. Я ушел из «Норильского никеля» 2 апреля 2007 года. Это смешно.

— Можно продолжить вопросы про неприятности? Вот у нас в стране несколько крупных бизнесменов с польскими фамилиями находятся либо в эмиграции, либо в тюрьме. Не боитесь такого же исхода событий?

— Знаете, меня пугали прямо вот с детства. Когда я учился в Московском финансовом институте и стал разгружать вагоны, говорили: «Как же так, ты, экономист-международник, разгружаешь вагоны?». Потом начинал заниматься малым бизнесом, говорили: «Ну как же так — заниматься бизнесом это очень опасно, испортишь себе карьеру». Ну и так далее. Я могу сказать — я не боюсь. Это моя работа и моя профессия — управление рисками. Поэтому когда умеешь управлять рисками, бояться не стоит.

— Михаил Дмитриевич, после 4 марта что будет, если не пройдете? Как дальше?

— Когда борешься за пост президента, любой вопрос «Если не получится?..», он является реально пораженческим. На пораженческие вопросы я не отвечаю. Надо бороться и работать на то, что умеешь.
Задача сейчас другая — провести 4-го числа самые честные выборы. Проблема не кто победит, а проблема — это легитимность власти. Выборы в Думу показали, что большое количество наших граждан не считает Государственную думу легитимным органом. Мы не можем потерять легитимность президентской власти. Поэтому я обращаюсь ко всем, кому не безразлична судьба нашей страны, выйти в качестве наблюдателей на все участки и смотреть, чтобы власть не подделала наши голоса. Кто бы ни победил, основная задача — чтобы выборы были честными. А я готов побороться.

Записал Александр ИБРАГИМОВ, ИА «Пресс-Лайн»



Сейчас на главной