Версия для печати

Колония воспитательного режима

Новая система работы с заключенными призвана снизить рецидивность преступлений.

Ежегодно тюрьмы Красноярского края выпускают на свободу более семи тысяч заключенных, согласно статистике, в течение года половина из них вновь совершает преступление. Чтобы осужденные реже возвращались за решетку, в феврале 2014 года в крае начала работать программа «Профилактика правонарушений и укрепления общественного порядка и общественной безопасности». Одна из ее составляющих — помощь организации занятости и социальной адаптации бывших и настоящих заключенных.

Привычка к неволе

На сегодняшний день в Красноярском крае расположено 42 исправительных учреждения, в которых отбывают наказание 20 тысяч осужденных и четыре тысячи тех, кто находится под следствием.

— Многие из этих людей настолько привыкают жить в тюрьме, что, оказавшись на свободе, не могут адаптироваться к новым для них условиям, — рассказывает начальник пресс-службы ГУФСИН по Красноярскому краю Екатерин Броцман, — они утрачивают социально полезные связи, место работы и проживания. Все это толкает их на повторные преступления.

По данным ГУФСИН по краю, в нашем регионе уровень рецидивной преступности превышает 50 %. Собственно, снизить этот показатель и призвана реализуемая в крае с 2014 года программа «Профилактики правонарушений и укрепления общественного порядка и общественной безопасности», на которую выделено 10,5 миллиона рублей.

Начать решили с первых же дней пребывания человека в заключении.

— Сразу после прибытия заключенных в место отбывания наказания с ними начинают работать психологи, специалисты воспитательной службы и социальные работники, — рассказывает начальник отдела воспитательной работы с осужденными ГУФСИН России по Красноярскому краю Андрей Луханин. — Правда, для того чтобы эта работа велась эффективно, пришлось в корне пересмотреть саму систему организации жизни заключенных.

Дело в том, что обычное тюремное учреждение представляет собой 8–14 отрядов, в каждом из которых находится порядка 100 заключенных. За отрядами закреплены начальники. Также есть отделы безопасности, психологическая служба, социальные работники, но все они не прикреплены к какому-либо конкретному отряду, а отвечают за работу учреждения в целом. Вся же нагрузка по работе с заключенными ложится на начальника отряда — они решают бытовые и социальные вопросы, порой исполняя роль воспитателя, а то и няни.

— Понятное дело, что уделять внимание каждому заключенному индивидуально в такой ситуации просто невозможно, — говорит Луханин, — а без этого нормальной работы не обеспечить. Вот и решили отказаться от такой системы.

Для начала отряды укрупнили до 300 человек и закрепили за каждым из них не только начальника, но и отдельного психолога, социального работника, сотрудников безопасности и оперативной службы. Саму же ячейку стали называть центром исправления осужденных.

— Создание таких центров позволяет снизить уровень нарушений внутри учреждения и быстрее решать возникающие вопросы, — поясняет Броцман, — к тому же и социальная адаптация заключенных в такой ситуации проходит более успешно.

Среда воспитания

Изменение системы работы с заключенными коснулось не только организационной структуры жизни осужденных, но и внешнего «оформления» ее — охрана с дубинками, лай цепных псов и другие привычные атрибуты тюрьмы ушли в небытие.

— Мы постарались минимизировать психологическое давление, которое оказывает на людей тюрьма, — рассказывает Андрей Луханин, — убрали вышки, автоматчиков, собак и надзирателей с дубинками. Отношение к заключенным изменилось. Больше нет построений — теперь мы используем бесконтактную систему надзора. Заключенных контролирует видеокамера и системы, распознающие отпечатки пальцев.

Эти новшества позволили уже сегодня резко сократить число правонарушений в тюрьмах. Причем не только в отношениях между заключенными, но и в плане злоупотреблений со стороны сотрудников — теперь достаточно просто «снять» запись с видеокамеры, чтобы выяснить, что реально происходило.

Что же касается поведения самих заключенных, то здесь был применен давно известный принцип кнута и пряника. И первый, и второй касаются изменения условий жизни в заключении. Так, нарушителей порядка ждет запираемая четырехместная камера и часовая прогулка раз в день. Хорошее же поведение, напротив, вознаграждается жизнью в условиях, которые сами сотрудники тюрьмы нет-нет да и сравнивают с трехзвездочной гостиницей — деревянные кровати, небольшой спортзал на этаже, телевизор в комнате и возможность ежедневно принимать душ.

gufsin_krovati.jpg

Наградой за хорошее поведение может стать даже отпуск. Осужденный, отличившийся хорошим поведением, может покинуть пределы тюрьмы на 12 дней. Это время дается ему для посещения семьи, места своего будущего проживания и поиска работы.

— Самое тяжелое для осужденных — это вернуться обратно, — отмечает Андрей Луханин. — Пребывание в семье мотивирует заключенного к хорошему поведению, и он уже с нетерпением ждет окончания срока.

В прошлом году в отпуска сходили 122 человека — все вернулись вовремя и без происшествий. С начала этого года в отпусках уже побывали 116 человек.

— Помимо воспитательного эффекта такая система регулирования поведения, в части поощрения, помогает и в адаптации, — говорит Луханин, — позволяя заключенным не чувствовать себя изгоями и в дальнейшем, после освобождения, лучше адаптироваться к жизни на воле.

Этой же цели служат и установленные в каждой тюрьме информационные терминалы. С одной стороны, с их помощью заключенные (у каждого из них свой личный кабинет в системе) могут подать заявку или жалобу, узнать свою заработную плату, перечислить родителям деньги, посмотреть информацию по своему личному делу, отправить родственникам электронное письмо или назначить время свидания с родными.

— С другой стороны, — говорит Екатерина Броцман, — благодаря умению пользоваться современной техникой, вышедшие на свободу заключенные будут проще ориентироваться в современном мире и не отстанут от прогресса.

Менее жестким стал и подход к телефонным разговорам. Раньше их количество было ограничено, а длительность каждого не должна была превышать 15 минут. Теперь же телефон стоит в каждом отряде, осужденный получает карту, в память которой заносятся выбранные им номера телефонов.

Еще одно важное изменение коснулась красноярских женщин-заключенных — теперь они смогут жить вместе со своими детьми. В прошлом году в женской исправительной колонии № 22 открыто общежитие для совместного проживания осужденных женщин и их малолетних детей. Новое здание рассчитано на 16 мест.

На трех этажах расположены комнаты гостиничного типа для мам с детьми, подсобные и бытовые помещения, игровые и спортивные комнаты, кабинеты медицинского и педагогического персонала.

— Там женщины учатся быть матерями, — говорит Екатерина Броцман. — Если мать видит своего ребенка лишь по нескольку часов день и практически не принимает участие в его воспитании, то она не сможет стать полноценным родителем после выхода на свободу.

Дети живут в колонии только до трехлетнего возраста, если к этому времени срок заключения матери еще не будет завершен, ребенка отправят в детский дом или передадут на воспитание родственникам.

Школа для жизни

— Как показывает практика, образованные люди гораздо легче адаптируются к новым условиям жизни, — говорит Андрей Луханин, — это касается и освобождающихся из мест заключения, а у некоторых наших заключенных нет даже среднего образования. Для того чтобы задействовать и этот ресурс, в тюрьмах Красноярского края работает целая образовательная система из восьми вечерних общеобразовательных учреждений, одной сменной школы и 15 учебно-консультационных пунктов.

На сегодня в системе среднего образования ГУФСИН края обучаются 2783 осужденных. Среди них есть как молодые, не достигшие возраста 30 лет, люди, которые попадают в ряды учеников автоматически — таков закон, так и те, кто старше — им достаточно написать заявление о своем желании учиться, и они будут зачислены в школу.

После окончания школы выпускники могут пойти учиться дальше. Например, в училище. В учреждениях ГУФСИН сейчас работают четыре профессиональных училища и 17 их филиалов, предоставляющих обучение по 69 рабочим профессиям. В прошлом учебном году их закончили более шести тысяч человек.

С недавних пор в тюрьме также стало возможно получить высшее образование.

gufsin_obrazovanie.jpg

— За 18 тысяч рублей в семестр заключенные могут дистанционно выучиться на психолога, юриста или экономиста, — рассказывает Андрей Луханин. — При этом ни в одном документе не будет указано, что человек проходил обучение при исправительной колонии.

Получив образование, заключенные отправляются на работу. В 2014 году численность тех, кто был привлечен к оплачиваемому труду, составила 61 % от общего числа осужденных.

По мнению сотрудников ГУФСИН, адаптация заключается не только в соблюдении режима, работе и обучении — человек должен раскрываться. В тюрьме проводятся спортивные олимпиады, КВН и гала-концерты. Кроме того, заключенные могут заняться художественным творчеством: резьбой по дереву, рисованием песком и лепкой из пластилина.

Вне зависимости

Одним из немаловажных направлений профилактики рецидивной преступности становится медицина. Особенно в части лечения наркомании и алкоголизма, которые зачастую становятся причинами не только первого, но и повторного попадания за решетку.

Осужденные, имеющие зависимость, отбывают наказание в специализированном учреждении в Сосновоборске, на базе которого в скором времени откроется и центр реабилитации. Там, помимо медицинского лечения, будет вестись работа по социальной адаптации.

Психотерапевты ГУФСИН прошли специальное обучение и теперь могут закодировать тех, кто сам решил завязать с пагубной привычкой.

— Преимущество реабилитации в заключении в том, что алкоголика или наркомана выдернут из среды, которая способствовала дальнейшему развитию зависимости, — рассказывает Екатерина Броцман. — Ломка проходит, и в местах лишения свободы приходится жить на трезвую голову.

С ноября 2006 года по настоящее время кодирование от алкогольной зависимости прошли более 15 тысяч осужденных. По итогам проверки 65 % из них больше не употребляют спиртное.

— Все эти новшества и изменения сильно влияют на заключенных, их психологическое состояние и возможности к адаптации, — резюмирует Андрей Луханин. — Пока все это отчетливо видно по нашим подопечным, находящимся в местах лишения свободы. Но, уверен, что уже в ближайшем будущем мы отчетливо заметим и изменения в жизни освободившихся.

Уверенность Луханина имеет полное право на существование, ведь только за 2014 год число рецидивных преступлений в Красноярске снизилось на 2,5 %.

Елизавета Колесова



Сейчас на главной